Статьи

Как мы организовываем себе одиночество

Мои статьи

Самое привычное - быть одиноким в группе (семье, классе, среди коллег, в обществе). Когда человек изолирован не физически, а эмоционально и телесно. Когда между мной и другими - стенка, вата, тяжелый плотный воздух.


В новую группу я захожу настороженная, достаточно враждебная и слегка диссоциированная. Лет десять тому эти состояния могли длиться годами. Сейчас я адаптируюсь достаточно быстро и рискую быть собой. Между двумя этими фразами годы работы.


Самое изолирующее переживание - стыд. Если стыд - естественная среда взросления, то для того, чтобы в полной мере ощутить его (“я испытываю колоссальный стыд здесь с вами прямо в эту минуту, и этот стыд про то, какой я”), иногда нужен не один год терапии. Чтобы прочувствовать жужжание в ногах и руках, холод в животе, туман в голове, понять и обозначить это возможно привычное состояние, перевести фокус с плохости других (“вы не такие, поэтому я не могу/не хочу установить с вами контакт”) на свои ощущения , заметить наконец свои защиты (обесценивающие, лишающие субъектности других или тревожные, избегающие, а возможно и те, и другие, использующиеся попеременно).


Стыд - заметить себя среди других. Стыд - заметить этих самых других. Стыд - быть уязвимым, “не таким”, неидеальным, обнаружить свои больные места. Стыд - невозможность говорить, невозможность быть свободным телом, невозможность плакать. Отстраненность. “Он у нас стеснительный, скромный”, - говорят постсоветские бабушки не без толики гордости, ведь это так удобно для других. Стеснение - спазм гладкой мускулатуры. Спазм, не дающий дышать всей грудью, говорить слышимо, двигаться легко и свободно.


Рядом со стыдом - страх. Отвержения и девалидации. Если просто отвергнут - считай, отделался легко. “Фу, ты нам не подходишь”. Сложнее, если внутреннее устройство не просто неподходящее какой-то отдельной группе, а признано таковым в принципе. Неподходящее в общепризнанной системе координат. “Ты ненормальный, псих, больной”. Не показывай нам себя, это невыносимо, отвратительно, разрушающе. Ужас собственного бытия. Ориентация на других - а как принято? А что он чувствует? А как она реагирует в этой ситуации? Имитация чужих переживаний. В случае успеха - хороший, лакированный, блестящий фасад. Ресурсоемкий, но единственная ясная опора, на нее не жалко. Тогда вокруг “людишки, человечки”. И очень много тоски.


Немного ослабев, стыд и страх теряют свою защитную функцию. Реальность становится яснее, четче, наводится фокус, туман рассеивается. Появляется боль. Боль можно удерживать годами, десятилетиями, делать это виртуозно. Не расслабляться, держаться до последнего. Не быть слабаком, нюней, не распускать сопли. Хорошая, выверенная дистанция поможет. Сарказм, легкая самоирония, “да что вы, это ерунда”.


Боль -не только про то, как со мной обходятся сейчас. Не только про актуальное насилие и и отвержение. Много боли размораживается в любви. В прямом доступе к дефицитам и разломам. Мне очень больно переживать признание. И больно, когда мне плохо, а меня обнимают и гладят по спине, и тогда я могу рыдать навзрыд сильно, долго и взахлеб. Фасад летит к черту.


Больно, когда замечают и признают, принимают и поддерживают. Больно, когда любят.

Эта боль уже выносимая, на дне ее - много благодарности, нежности и грусти.

Made on
Tilda